Архив метки: легенды Тель-Авива

Новая экскурсия — Белый медведь Тель-Авива.

Слон, вальсируя в посудной лавке, причинил бы меньше ущерба, чем он, проходя по жизни ярким танцем. Но он иначе не мог. Он летел по жизни, словно ослепительная звезда, своим пламенем сжигая зачастую за собой мосты, иногда сжигая своих близких. Он хотел гореть, как Данко, но огня у него оказалось слишком много.
Он был пьяницей, гулякой-бабником, сумасбродом. Он по всему своему жизненному пути оставлял за собой разбитые женские сердца.  И его все равно очень любили женщины.
«Я не знал материнского тепла и вырос в очень холодным краю — краю белых медведей. Наверно поэтому мне всю жизнь не хватало тепла любимой и любящей женщины»,- как то сказал он, глядя вслед очередной, уходящей от него заплаканной женщине.

Вы уже догадались, о ком идет речь?
          Александр Пенн – поэт, актер, режиссер, боксер, тренер, коммунист, сионист, светский лев, пьяница… список этот может быть бесконечен. Его называли израильским Маяковским, но сам Маяковский гордился дружбой с ним. Есенин завидовал ему – «как же ты любим женщинами»!
Итак, я приглашаю вас на совершенно новую экскурсию — и по тематике и по стилю. «Белый медведь» — так иногда называли друзья Александра Пенна.  Ему и посвящается новая экскурсия, на которой я расскажу о потрясающей любви Александра Пенна и Ханы Ровиной, о истории израильского театра. Я покажу вам те самые места, где проходили встречи влюбленных, где они жили и еще много интересного.
Экскурсия состоится в субботу, 23 марта, в 10 часов утра.
Место встречи — на перекрестке улиц Дизенгоф и Жаботниски (у аптеки).
Продолжительность экскурсии — 2,5 — 3 часа, стоимость 50 шек. Дети бесплатно.

пенн

Стефан Браун – тельавивский L’Astrance. часть 2

Как я уже говорил, окончание одной истории очень часто бывает началом другой. Именно так и случилось со Стефаном Брауном.

Злые языки, которые называли Стефана Брауна за глаза «Люцифером в мехах» даже не подозревали, насколько пророческим окажется это прозвище.  Запомните его, друзья мои – мы еще к нему вернемся.

Итак, меховой салон закрылся. Уж не знаю, скольким песцам и лисам это спасло жизнь, но тель-авивские модницы точно обеднели.

Читать далее

Стефан Браун – тельавивский Дед Мороз. часть 1

Обычно я пытаюсь выполнить то, что обещаю своим читателям. Получается, конечно, не всегда, но я честно пытаюсь. Вот и сейчас хочется ответить на изумленные вопросы моих читателей.

Не многие из нас, многократно проходивших по тель-авивской улице Алленби, обращали внимание на этот старый, выцветший от солнца постер в пыльном окне. 
P9090069
Не многие, но не я. Вот об этом и пойдет рассказ.

Читать далее

Столик у окошка — продолжение с окончанием

            Когда я писал предыдущий пост, в голове вертелось что-то еще, связанное с Тель-Авивом и с Меиром Лански.  Но пост был дописан, мне  он казался вполне завершенным, и я так и не вспомнил, что же такое не давало мне покоя.

            После публикации прошло несколько дней, и вдруг меня осенило…   Видимо, мой день рождения и обязательные при этом потребления стимулирующих жидкостей, вымыли из пластов ненужного в моей голове то, о чем я безрезультатно силился вспомнить.

Было это давно, лет 12-15 назад. Мой хороший знакомый, тельавивский фотограф дядя Миша, о котором я уже неоднократно рассказывал, помогал мне в знакомстве с «непечатным» Тель-Авивом.  Это помощь заключалась, прежде всего, в том, что он водил меня по злачным местам города, рассказывая об этих «достопримечательностях» и знакомя с людьми. Так он привел в бар, который назывался «Лански», находившийся рядом со зданием «Мигдаль Шалом Майер».

Читать далее

Столик у окошка

                  Весной 1972-го года в израильской опере снова давали "Самсона и Далилу" в постановке Эдис де Филип. Снова, потому, что на сцене Тель-Авива эта опера не шла с 1965-го года.

                  Любая новая постановка в опере – это настоящее событие.  И уж тем более опера на еврейскую тему, о легендарном герое еврейского народа.  Событие такого масштаба привлекает внимание не только "местных" любителей оперного искусства – в Тель-Авив прибыло много гостей из- за границы. Гостиницы были полны,  на улицах города фланировало множество нарядно одетых людей, повсюду была слышна иностранная речь. Немногочисленные кафе и рестораны Тель-Авива были полны посетителей (хотя это скорее правило, чем исключение, вне всякой связи с оперными постановками).

                  "Дельфин", что на пересечении улиц Бен Иегуда и Шалом Алейхем, тоже не был исключением.  Этот бар (который часто называли рестораном), был местом известным и популярным в определенных кругах. Попасть туда было совсем не просто, но свободных мест все равно не было.

                  В тот весенний вечер в "Дельфине" все было, как обычно. У дверей стоял "Голди",  Аарон Гольдман, ветеран "ЛЕХИ", подрабатывающий утром на пляже спасателем и по вечерам исполняющий обязанности щвейцара-вышибалы. Он был как всегда молчалив, внимательно оглядывая каждого, подходящего к дверям бара.  Его взгляд был красноречивее любой вывески,  "батланим"* издали осознавали, что в этом баре им делать нечего. В тоже время, безошибочно выделяя в толпе прохожих "солидных" людей, Голди улыбался им краешком губ, словно показывая, что этим людям в "Дельфине" будут рады.

Читать далее

Джизгара

Не раз и не два я благодарил Светлую Силу за то, что свела меня с дядей Мишей.  Этот человек знал о прошлом Тель-Авива столько, что ни один архив не мог вместить в свои затхлые комнаты. Иногда он давал мне ответы на такие вопросы… Но я попытаюсь по порядку.
В 1991-м году я купил свою квартиру, ту в которой все еще живу. Продавец, с которым мы даже подружились в процессе сделки — Рафи Свисса — был музыкантом. Точнее, он «работал» певцом в гостинице «Дан» в Герцелии. Мы встречались с ним несколько раз, купля-продажа квартиры процесс не простой, требует заполнения кучи всяких бумаг. И вот как-то раз, когда я пришел к Рафи в условленное время, его дома не оказлось. Его супруга Мэри угостила меня кофе и вскольз сказала, что Рафи застрял на примерке в «Ноге». Сказано это было таким тоном, словно подразумевалось, что все обязаны знать, что это за «Нога» и что именно там примеряют.
Прошло какое-то время и при очередной встрече я спросил дядю Мишу — что за магазин одежды, который называется «Нога»?  Нет, ну в самом деле — а что еще мне могло прийти в голову? Что может примерять ресторанно-гостиничный певец?  Концертный костюм!  Где? Ну конечно же в магазине! (91-й год, я всего около двух лет в Израиле и еще пропитан «совком»).

Как я уже сказал, в Тель-Авиве не было такого места, о котором бы не знал дядя Миша. Итак, очередной рассказ от старого фотографа в моей интерпретации. «Джизгара!!!»

Читать далее

Блюз в чашке… кофейные истории.

Настоящий кофе должен

быть как блюз –

черный, горячий,

горько-сладкий и влажный. (Б.Б.)

                  Любите ли вы кофе так, как люблю его я? А я очень люблю кофе!  Настоящий черный… Никакого молока, никаких растворимых порошков. Хороший «эспрессо» (ни в коем случае не «экспрессо», и, тем более, ни «американо»).

                  Кофе должен будоражить, пьянить и возбуждать. Не зря итальянцы, известные как истинные ценители этого напитка, говорят, что: «Приглашение на кофе чаще заканчивается сексом, чем приглашение на секс». И даже если при этом еще неизвестно, каким будет секс (итальянцы известны еще и как непревзойденные хвастуны), то кофе, все равно, обязан быть отменным. Однако если вы решите проверить, как «работает» эта итальянская поговорка, следует учесть, что, например, в некоторых южных районах Италии в результате «инвито пер иль кафе» вы можете поиметь не только даму, но и крупные неприятности со стороны ее родственников мужского пола!

Читать далее

«Парламент» на бульваре Ротшильд. история первая

В  начале 90-х прошлого, двадцатого века, их еще можно было увидеть.  Они собирались в тени огненных пунциан, на старых, сотнекратно крашеных скамейках. Еще не было Макдональдса, не было велосипедных дорожек и даже не пахло палатками.

С каждым годом их становилось все меньше и меньше. Наверное… это правильно. Но я не хочу о грустном. Я хочу рассказать о любви. И этот рассказ будет состоять из нескольких частей, каждая из которых расскажет о любви по-своему.

В начале 90-х их все еще  называли «парламент бульвара Ротшильд».

Читать далее

Уроки иврита от дяди Миши.

Когда я впервые услышал эту песню, то был уверен, что она должна стать гимном многих религиозных израильтян. А как же еще, ведь главный вопрос песни — почему не приходит Мессия! Но прослушав текст раз за разом и наблюдая за рекацией слушателей на слова, я еще раз убедился, что понимать слова это еще не значит понимать язык!
Да и вообще — услышать такие от слова от Шалома Ханоха, после его песен "В баре", "Новая машина" было довольно неожиданно.

 Но к моему удивлению, песню эту пели не те и не там, где было органично ее услышать.  Не знаю, долго ли я бы думал над словами, если бы не мой старый знакомый дядя Миша!
— ты что, пацан, не знаешь, кто такой Машиях? И ты еще называешь себя "исследователь истории Тель-Авива"? — иронично продернул меня дядя Миша.
— дядь Миша, мы в советских школах изучали марксизм-ленинизм, а не талмуд! — огрызнулся я.
Дядя Миша расхохотался! И потом конечно рассказал мне, что Машиях — это прозвище одного из самых легендарных яффских диллеров, торговцев наркотиками. И что для VIP клиентов он всегда делал исключение и сам привозил волшебный "ливанский снег" — кокаин! Собственно об этом и песня. 
На сегодня — все!
* Машиях — мессия на иврите

Бата, Грига и дом-пагода, из цикла «городские легенды» часть 3

Джала опустился на одно колено и сказал дрожащим голосом:

  • Я не богатый человек и кроме руки и сердца, мне нечего тебе предложить! Зато это я могу отдать тебе навсегда! – эти слова он сказал на французском, на том самом языке, который больше всего подходит именно для таких слов.

Нельзя сказать, что для Аглаи эти слова стали неожиданностью.

Читать далее