Архив метки: улица Дизенгоф

Леиздангеф — экскурсия по улице Дизенгоф

В субботу, 23-го сентября, в 10 часов утра, состоится экскурсия «Леиздангеф«. Это обновленная экскурсия по центральной части Тель-Авива — улице Дизенгоф и окружающему ее кварталу. Вы услышите истории и легенды о самом любимом «отце города» — Меире Дизенгофе, о его супруге, о тельавивской богеме. Мы развеем некоторые тайны тель-авивской архитектуры, поговорим о том, что же такое «Белый город» и где именно он находится. Экскурсию проводит Борис Брестовицкий.
Место встречи — на площади Дизенгоф, у входа в гостиницу «Синема». (ближайшая парковка — Дизенгоф-центр)
Продолжительность экскурсии — 3 часа, стоимость — 60 шек, дети бесплатно.
Запись тут, в комментариях , в ФБ,
или по телефону 054-777100

Прощай, «Зина Дизенгоф»

 

В 1962-м году, за год до своей смерти, знаменитый тель-авивский фотограф Авраам Соскин дал свое последнее интервью. С горечью в голосе «певец Тель-Авива» сказал: “ Исследователи истории Израиля часто жалуются, что сегодняшние евреи потеряли чувство истории. Прошлое больше не ценится и не уважается. Какой еще город мира допустит, чтобы было уничтожено самое первое здание города? А сейчас они разрушили гимназию «Герцелия» и дом писателя Ахад Ха-Ама(Ушера Гинцберга – ББ), они только разрушают и разрушают…»
Гимназия «Герцелия» была снесена в 1959-м году и на ее месте был построен небоскреб «Башня Шалома Майера». Без мало 60 лет прошло с тех пор и за это время Тел-Авив потерял много важных исторических зданий. И вот, в продолжение этой разрушительной страсти, в декабре 2016-го года начались работы по демонтажу одной из самых необычных площадей города – площади Зины Дизенгоф.
Да-да – вы не ошиблись. Знаменитая площадь названа не в честь первого мэра Тель-Авива – Меира Дизенгофа, а в честь «первой леди Тель-Авива», как ее называли, его жены – Зины.  О Зине Дизенгоф я уже рассказывал, а сейчас немного истории.
Март 1931-го года. Тель-Авив только завершил празднества по случаю 70-летнего юбилея любимого мэра — Меира Дизенгофа. Весь город старался выразить свою признательность. И на ближайшем заседании городского совета, состоявшемся 26-го марта, кто-то предложил назвать одну из улиц города именем мэра. История не сохранила имя того, кто предложил это, но и споров по этому вопросу тоже не возникло.
Нельзя сказать, что это предложение стало неожиданностью для членов городского совета — в стране уже были подобные прецеденты. В Натании одна из улиц была названа в честь действующего мэра Бен Ами (Данкнера), что же касается традиции называть улицы в честь живущих людей — в самом Тель-Авиве уже существовали улицы Бялика, Ахад Ха-ама, Буграшова, Алленби, которые проживали на “улицах имени себя”.
Но вы же знаете, как неспешно у нас делаются дела. Тем более — дело такого рода, когда единственный человек, который мог “нажать” на городской совет, как раз не мог этого делать из соображений этического характера. И лишь в феврале 1934-го года, в канун дня рождения Меира Дизенгофа, Исраэль Роках (первый заместитель мэра) позволил себе напомнить о практически принятом решении.  Не желая снова растягивать решение этого вопроса, Роках выступил с конкретными предложениями. Он предложил назвать его именем улицу, соединившую павильоны Восточной Выставки с большой площадью чуть севернее центральной части города. Эта улица, которой сам Меир Дизенгоф придумал название “187-я улица” среди жителей Тель-Авива уже давно называлась “улица Дизенгофа”. (в данном случае жители города имели ввиду не “улица имени Дизенгофа”, а буквально — улица, принадлежащая Дизенгофу, так как строительство этой части города целиком и полностью заслуга первого мэра). “Жители ТельАвива сами уже приняли решение и нам лишь остается утвердить его в виде табличек на городских улицах”! — высказался Роках перед членами городского совета.
В марте 1934-го года, три года спустя, городской совет утвердил уже практически формальное решение. Тут же была установлена и официальная дата торжественного открытия улицы — 3-го мая 1934-го года в час дня. Дата эта тоже была выбрана не случайно — она выпадала на третий день празднования 25-летнего юбилея Тель-Авива (Тель-Авив был создан 11 апреля 1909-го года, но празднование всегда проводится по еврейскому календарю).
Открытие улицы, носящей имя первого мэра, было превращено в большой праздник. Играл духовой оркестр “Макаби”, собрались все члены городского совета и все работники муниципалитета. Саму улицу “закрыли” белыми и голубыми лентами (национальные цвета) и украсили цветами.
Шошана Персиц поздравила Дизенгофа от лица всех членов городского совета и пожелала ему встретиться на таком же торжестве, посвященном полувековому юбилею города. После этих слов, Дизенгоф собственноручно разрезал ленты и все приглашенные гости прошли в середину большой площадки, в центре которой возвышался одинокий столб с табличкой “Площадь имени Зины Дизенгоф”. И это был еще один сюрприз для мэра. Решение о присвоении этой площади (на самом деле площади еще не было — был огромный пустырь) было принято в неформальной обстановке вечером за день до открытия, и самому Дизенгофу решили не говорить. В самом деле — более подходящего случая увековечить имя “первой леди” Тель-Авива, верной спутницы и соратницы мэра уже не будет.
Выждав несколько минут, чтобы расчувствовавшийся Меир Дизенгоф смог немного успокоится, Шошана Персиц продолжила свою речь, рассказав и об огромном вкладе Зины Дизенгоф в развитие культурной жизни юного города, об ее активном участии в женских организациях и движениях.
Через несколько минут с ответной речью выступил и Меир Дизенгоф.
Госпожа ПерсицдрузьяВсю свою жизнь я сторонился помпезностиЯ и сейчас был против тогочтобы в мою честь называли улицуЯ всегда говорилчто еще рано для подобных почестей в мой адресТолько после длительных уговоров членов городского совета я согласился на этоКроме этогоя был необычайно тронут тем фактомчто вы (члены городского совета — ББрешили увековечить память о моей покойной жене и соратницеМне хочется вновь повторить те словачто я обратил к своей супруге в час прощания с ней: Я вспоминаю о дружестве юности твоейо любви твоейкогда ты была невестоюкогда последовала за Мною в пустынюв землю незасеянную.” (книга Иеремии 2:2; Б.Б.)
Я благодарен членам городского совета за их огромную помощь в таком важном делекак строительство этого городаТолько благодаря этому мы достигли тогочто видим сейчас перед своими глазамиЯ благодарен жителям городаих детяммолодому поколению за вклад в развитие нашего городаПродолжайте строить в том же духепродолжайте поднимать наш первый еврейский город.”
Церемония завершилась минутой молчания в память о Зине Дизенгоф.
После этого Меир Дизенгоф сел верхом на свою белую кобылицу Меиру (Стремительная) и во главе колонны открыл движение по улице.
По улице Дизенгоф, которая тогда начиналась с площади Дизенгоф. Вот так Меир и Зина встретились вновь.
А что же площадь, спросите вы? Сразу же после открытия улицы, городской совет объявил об открытии конкурса на лучший проект будущей площади. Количество желающих принять участие в этом конкурсе оказалось не велико и по его результатам высшую награду было решено не присуждать. Но первое место и денежную премию в размере 70 лир получила самая молодая участница конкурса и единственная женщина-архитектор Тель-Авива – Женя Авербух. Дочь первого аптекаря в городе, ей было всего два года, когда ее семья выиграла участок на пересечении улиц Герцль и Ротшильд, став, таким образом, одной из 66 семей — основателей Тель-Авива.
Женя Авербух окончила брюссельскую академию архитектуры и площадь имени Зины Дизенгоф стала одним из ее первых проектов. План площади разрабатывался ею с учетом генерального плана города, который составил шотландский ученый Патрик Гедесс. В результате ее работы в центре города возникла большая площадь диаметром 66 метров, в центре которой был огромный фонтан. Женя Авербух разработала и фасадную линию зданий, окружавших площадь, но в проектировании этих зданий молодому архитектору помогали такие известные и заслуженные архитекторы, как Иегуда Магидович и его сын Рафаэль, Арье Шарон, Пинхас Бежунский, Арье Лилинфельд и другие.
В 1938-м году площадь Зины Дизенгоф была готова. Самый большой фонтан Тель-Авива окружали аллеи и клумбы, многочисленные садовые скамейки в тени быстрорастущих деревьев, многочисленные кинотеатры и рестораны – все это в короткий срок превратило новую площадь в самое любимое место времяпрепровождения жителей и гостей города.  На площади Зины Дизенгоф проходили празднования Дня Независимости Израиля, пуримские фестивали, книжные выставки и другие мероприятия.

Женя Авербух

Но город рос…  А вместе с ним росло и количество автомобилей, передвигающихся по городу.  И теперь, чтобы попасть на площадь, окруженную кольцом дороги, пешеходам приходилось подолгу стоять на переходах. В 60-е годы мэр Тель-Авива Шломо Лаат принял решение об изменении площади. По его заданию новый проект должен был «развязать» транспортный узел и решить проблему постоянных пробок вокруг самой любимой площади города. Новый проект был разработан архитектором Цви Лишером. И в новом проекте уже «двухэтажную» площадь венчал стеклянный фонтан работы скульптора Алена Давида. Площадь, быстро получившая в городе прозвище «кипа», из-за своей схожести с традиционным еврейским головным убором, была открыта 25-го июля 1978-го года.

Фонтан Алена Давида

Однако что-то в новом облике площади Зины Дизенгоф не отвечало требованиям современного города. И восемь лет спустя, в 1986-м году, фонтан Алена Давида был заменен на кинетическую скульптуру «Вода и огонь» скульптора Якова Агами. Это было совершенное новое слово в израильской скульптуре. Части скульптуры приводились в движение изменяющимися под музыку потоками воды. Сам фонтан подсвечивался цветными прожекторами, и из его сердцевины в ритме музыки из газовых горелок вырывались языки пламени.   Музыкальное шоу устраивалось несколько раз в день и собирало тысячи зрителей. Особенно красиво это выглядело в вечернее время.

Последние дни. Фото Бориса Беленкина

Горожане, получив такой необыкновенный подарок, готовы были простить городским властям разрушение любимой площади. Но очень быстро выяснилось, что за время проектирования и строительства новой, «двухэтажной» площади, количество автомобилей в стране и в Тель-Авиве возросло настолько, что никакого улучшения транспортной обстановки горожане не почувствовали.   А ностальгия по старой, привычной площади никак не проходила.
И в середине 90-х годов в Тель-Авиве все чаще и чаще стали раздаваться призывы демонтировать «кипу», то есть вернуть площадь к ее первоначальному виду, к тому, что создала Женя Авербух.  Говорили о том, насколько это было символично, что площадь имени «первой леди Тель-Авива», создала первая женщина-архитектор Тель-Авива. Говорили о том, что новая площадь устарела, как морально, так и физически. Разговоров было настолько много, что даже мэр города Рони Мило поспешил объявить о планируемом сносе существующей площади.
Может быть кто-то и был этому рад. Но за время существования «кипы» и цветомузыкального фонтана Якова Агами, в Тель-Авиве выросло целое поколение горожан, которые никогда не видели площадь Жени Авербух. И им нравилась та площадь, к которой они привыкли с детства. Молодые люди категорически возражали против сноса площади и свои протесты они выражали как могли. В городе появились гневные граффити, призывающие оставить площадь в покое, появлялись надписи на остановках и телефонных будках – да-да, тогда еще в Тель-Авиве были телефонные будки. Неизвестно, или это молодежные протесты вынудили городские власти задуматься, или это многочисленные письма и обращения старожилов, но проект сноса был «заморожен».
И лишь к столетию Тель-Авива, в 2009-м году, нынешний городской глава Рон Хульдаи объявил о подготовке референдума, посвященного судьбе площади Зины Дизенгоф. Бюджет для проведения исследовательских и проектировочных работ был выделен еще в 2007-м году. В этот раз городской совет отнесся весьма серьезно к тому, что желали видеть горожане.  В результате на рассмотрение жителей было вынесено четыре разных проекта изменения площади:
1)    Капитальный ремонт существующей площади
2)    Снос верхней части площади с последующим размещением фонтана на уровне земли
3)    Снос верхней части площади без перемещения фонтана (в этом варианте город обязался найти фонтану другое место)
4)    Капитальный ремонт верхней части площади и перенос фонтана в другое место

В результате победил второй вариант. 1-го февраля 2016 года городские власти приняли окончательное решение, что площадь будет «возвращена» к первоначальному виду, и фонтан Якова Агами вернется на нее после окончания строительных работ.


Фотографии Бориса Беленкина

18-го декабря 2016-го года начались работы по демонтажу фонтана и площади.  После демонтажа временно фонтан будет установлен на автостоянке «Ридинг» в северной части Тель-Авива. Строители обещают закончить демонтаж самой площади за месяц, то есть к 18-му января 2017-го года. Стоимость этого проекта – 60 миллионов шекелей и городские власти обещают закончить все работы в течении одного года.
А пока… пока все ждут.  Возражать уже бесполезно, высказываться пока рано. Но один год – это не так много.  Остается подождать…   Хотя скульптор Яков Агами ждать не намерен и уже выразил протест против сноса его фонтана. Как утверждает скульптор, в договоре, заключенном при создании его работы, городские власти обещали, что площадь никогда не будет перестроена.  Чем закончится спор мастера и городских бюрократов?

И тут нам остается только ждать и верить.
Верить в то, что наш Тель-Авив станет лучше и красивее, верить в то, городские власти все-таки научаться беречь и сохранять историю «первого еврейского города» современной эпохи.

Ближайшие экскурсии — «Леиздангеф»

Все когда нибудь заканчивается, и хорошее и плохое. Травмы и болезни, к счастью, тоже заканчиваются. И вот, после долгого перерыва….

В субботу, 8-го августа, в 10 часов утра, состоится экскурсия «Леиздангеф«.  Это обновленная экскурсия по центральной части Тель-Авива — улице Дизенгоф и окружающему ее кварталу.  Вы услышите истории и легенды о самом любимом  «отце города» — Меире Дизенгофе, о его супруге, о тельавивской богеме. Мы развеем некоторые тайны тель-авивской архитектуры, поговорим о том, что же такое «Белый город» и где именно он находится.  Экскурсию проводит Борис Брестовицкий.

Место встречи — у фонтана на площади Дизенгоф.  (ближайшая парковка — Дизенгоф-центр)

Продолжительность экскурсии — 3 часа, стоимость — 50 шек, дети бесплатно.

Запись тут, в комментариях , в ФБ, или по телефону 054-777100

(Не смотря на то, что прогнозируют понижение температуры, запаситесь водой, пожалуйста)

«Леиздангеф» — экскурсия по улице Дизенгоф

Дизенгоф…  одна из самых колоритных  улиц Тель-Авива.  Улица, которая названа в честь первого мэра, улица, о которой сложено множество стихов и песен, снят фильм и даже придуман специальный глагол — «леиздангеф», что означает «прогуляться по улице Дизенгоф».

Самая разнообразная архитектура, самые разнообразные магазины, самые разные люди…  Хотите с ними познакомиться?

В субботу 2-го мая, в 10 часов утра состоится экскурсия по улице Дизенгоф и центральной части Тель-Авива.  Приходите — и я познакомлю вас с этой страничкой жизни Тель-Авива.

Место встречи — у фонтана на площади Дизенгоф. Продолжительность экскурсии — 3 часа. Стоимость — 50 шек., дети бесплатно.

Запись тут или по телефону 054-7773100.

Ptichat-Dizingof

Экскурсия по улице Дизенгоф

Дизенгоф…  одна из самых колоритных  улиц Тель-Авива.  Улица, которая названа в честь первого мэра, улица, о которой сложено множество стихов и песен, снят фильм и даже придуман специальный глагол — «леиздангеф», что означает «прогуляться по улице Дизенгоф».

Самая разнообразная архитектура, самые разнообразные магазины, самые разные люди…  Хотите с ними познакомиться?

В субботу 31-го мая, в последний день весны, в 10 часов утра состоится экскурсия по улице Дизенгоф и центральной части Тель-Авива.  Приходите — и я познакомлю вас с этой страничкой жизни Тель-Авива.

Место встречи — у фонтана на площади Дизенгоф. Продолжительность экскурсии — 3 часа. Стоимость — 50 шек., дети бесплатно.

Запись тут или по телефону 054-7773100.

Ptichat-Dizingof

Метки:

 

На Дизенгоф надо слушать…

 

 

 

… на Дизенгоф надо слушать. Наблюдать, смотреть, и обязательно слушать. Это особая улица, особый мир. Здесь совершенно другой Тель-Авив.

Пятница, утро. Я сижу в обычном кафе, рядом с театром «Лисин» и вслушиваюсь в город. Здесь, на Дизенгоф, время остановилось. Два старика, сидящие за соседним столиком, беседуют об итальянских бомбах, вспоминают пожар в здании «ЦИМ» в 1966-м. Вспоминают так, будто было это только вчера, и там все еще дымятся остатки строений. Тут же, строя карту из пакетиков сахара, один из них рассказывает, что «между Иегуда Халеви и Дизенгоф» в третьем доме справа в подвале, он нашел свой первый велосипед и катал на нем свою первую девушку, как «две капли воды» похожую на легендарную тель-авивскую красавицу Лидию Роках. Глотнув кофе, они переключаются с романтики на войну, и тут уже второй старик – «герой романа». Он рассказывает о том, как в 14 лет сел за руль грузовика, возившего хлеб из Яффо в Иерусалим во время войны за освобождение…

…Ниточки воспоминаний медленно переплетаются между собой… кофе давно остыл, но они пришли сюда не ради него. Здесь для них все еще 49-й год. Здесь они молоды, курчавы и черноволосы, не дрожат руки, не слезятся глаза, и девушки еще обращают на них внимание.

Молодой человек за столиком напротив давно отложил в сторону газету с экономическими новостями. Ему, как и мне, интересно послушать, окунуться в ту атмосферу, когда с неба падали итальянские бомбы, и ревели не автобусы, а египетские самолеты.

А старики, словно заметив, что их слушают, говорят еще громче. Это нам, молодым, все в диковинку, а они уже сотни раз слышали друг от друга эти рассказы. Перейдя внезапно на идиш, «снижают громкость» — уверенные, что их никто не понимает, обмениваются вопросами о здоровье жен, и снова переходят на громкий иврит.

— Да, раньше барабуния была больше и вкуснее!

— Я помню. Бабушка Влацека жарила их прямо на улице на примусе. (Слово «примус» звучит по-русски так тепло и знакомо, что я неожиданно чувствую себя причастным к барабунии, бабушке Влацека, и те далекие годы становятся еще ближе)

— Смотри, смотри, у этой «мейдале» (девочки) брюки сейчас совсем упадут.

— Ха, не упадут, ты посмотри какие у нее «пульки» (бедра). Там и остановятся, — довольные своей шуткой, они долго смеются, кашляют, снова пьют остывший кофе, провожая взглядом крутобедрую брюнетку.

Возникает пауза, в глазах стариков появляется пелена грусти, и я, кажется, прекрасно понимаю, о чем они сейчас думают. Вспоминается известное стихотворение Эдуарда Асадова «В землянке»

Подошедшая официантка привычным движением меняет пепельницу на моем столе – старики, заметив это, смеются. В отличие от девушки, они видят, что я курю трубку, и снова переходят на идиш. Понимая их через слово, я все-таки догадываюсь, что теперь речь идет обо мне – компьютер – он и на идише компьютер. Несколько фраз о том, что же я делаю с ним в кафе, и снова пауза, и потом новые воспоминания. Поговорив немного о том, что и армия теперь не та, что раньше, и молодежь другая….   и все теперь быстрее, машины, дела, отношения и даже вот интернет.

Не желая мешать этим воспоминаниям, знаком подзываю официантку, рассчитываюсь и выхожу на шумную Дизенгоф. У меня есть еще полчаса — погулять, понаблюдать, «леиздангеф», как говорят те, кто проводит свою жизнь на этой улице, самой тель-авивской улице Тель-Авива.

 

 

 

 

 

 

 

Ближайшие экскурсии — 7 и 8 марта

Пятница, 7-е марта, в 10 часов утра состоится  экскурсия из серии «Два гида-два взгляда!» — Парадоксы яффской эпопеи Наполеона! Экскурсию проводят Борис Брестовицкий и Зеев Волк. Место встречи — у Башни Часов

Суббота, 8-е марта, в 10 часов утра состоится экскурсия «Леиздангеф» — прогулка по улице Дизенгоф, одной из самых красивых улиц города. и вокруг площади Дизенгоф — самой спорной площади. На этой улице находятся и лучшие магазины города, о которых тоже пойдет речь — все-таки 8-е марта. Экскурсию проводит Борис Брестовицкий.

Место встречи — площадь Дизенгоф, у фонтана.

Запись и вопросы тут или по телефону 054-7773100. Стоимость экскурсии 50 шек, дети бесплатно.

Nullum malum sine aliquo bono*

…обычный день. Мой неопределенный статус имеет и положительные стороны.  Сегодня я составил себе программу — пройтись от начала и до конца по самой длинной тель-авивской улице и по самой красивой.
Самая длинная улица Тель-Авива — это улица Дизенгоф!  Она еще и одна из двух самых «тель-авивских» улиц (вторая — это, конечно, Алленби). Про улицу Дизенгоф я могу рассказывать часами, и все равно никаких слов нехватит, чтобы передать мое к ней отношение.
Если представить себе нашу страну, представленную в виде одного города, то это, конечно же, будет Тель-Авив. Иерусалим — он еврейский, христианский, арабский, восточный, светский, религиозный…  какой угодно! Но именно Тель-Авив он — израильский.
А если представить себе Тель-Авив, сжатый до размеров одной улицы — то это будет улица Дизенгоф.
Здесь, на Дизенгоф, магазин сигар соседствует с хумусией*, магазин дорогой обуви соседствует с лавкой, где продаются дешевые шлепанцы. Книжные магазины рядом с ювелирными, «богемное» кафе рядом с киоском соков…   Вроде все, как и в других городах, но все-таки не так. Здесь есть море!  И здесь над городом особое небо!  «Тель-авивский дух».
Мне не все нравится в этом городе.  Но, наверно, это правильно. Даже у самых любимых бывают недостатки.  И на улице Дизенгоф попадаются мусорные кучи, и здесь есть дома, которые выглядят, как после бомбежки, и здесь в некоторых дворах пахнет отходами человеческой обработки пива….    Но на улице Дизенгоф столько всего хорошего, что можно и не обращать внимание на все эти недостатки. Тем более, что всего перечисленного здесь намного меньше, чем на других улицах города. И еще…  это ведь самая длинная улица Тель-Авива*.  Поэтому здесь всего больше.
А посидев в порту, глядя на морские волны сквозь сизый дымок сгорающего табака, я понимаю, что после веселой и разноцветной улицы Дизенгоф, мне хочется пройтись по улице тихой, спокойной и красивой… но красивой особенной красотой старых улочек европейских местечек.
И я отправляюсь в противоположный конец города — на улицу Шараби.  Не очень звучное название ни сколько не отражает «дух» этой улочки. Совсем небольшая — домов на ней чуть больше десятка, она встречает меня «старыми друзьями». Первый же дом, похожий на английский родовой замок бедного дворянина, с такой «неместной» крышей и окнами.  Каждый раз, когда я нахожусь в этой части города, я не ленюсь сделать круг, большой или не очень, чтобы постоять, задрав голову, рассматривая в тысячный раз дома на любимой улице.  Местные коты уже узнают меня, а их главарь, огромный грязно-белый пушистый кот, даже приоткрывает глаз, когда я с ним здороваюсь. Все остальное сухое время дня он лежит на крыше первого припаркованного автомобиля и лениво спрыгивает, точнее спускается, лишь тогда, когда водитель начинает выезжать со стоянки.
Я не знаю — случайно это или чей-то добрый умысел, но в отличии от всего остального, стремительно меняющегося под воздействием «парижан» из Касабланки* квартала Неве Цедек*, эта улица сохраняет свой ашкеназийско-местечковый стиль, как нельзя лучше подходящий Тель-Авиву.  Хотим мы этого или нет…  называйте меня расистом…   но Тель-Авив построили именно «местечковые» евреи, сделав его главным местечком, местечком своей мечты.

Nullum malum sine aliquo bono — нет худа без добра, латынь
хумусия — место, где делают и продают хумус, одно из национальных блюд.
Длина улицы Дизенгоф — 3,2 километра.
«парижане» из Касабланки — в последние несколько лет, в связи с обострившимся антисемитизмом во Франции, в Израиль стали массово приезжать евреи. Большинство из них — выходцы из стран Северной Африки, бывших французских колоний. Селятся они преимущественно в дорогих кварталах Тель-Авива.
Неве Цедек — самый старый квартал Тель-Авива — Яффо, первый квартал, созданный яффскими евреями за пределами городских стен в конце 19-го века.

Экскурсия — «Белый медведь» Тель-Авива

Слон, вальсируя в посудной лавке, причинил бы меньше ущерба, чем он, проходя по жизни ярким танцем. Но он иначе не мог. Он летел по жизни, словно ослепительная звезда, своим пламенем сжигая зачастую за собой мосты, иногда сжигая своих близких. Он хотел гореть, как Данко, но огня у него оказалось слишком много.
Он был пьяницей, гулякой-бабником, сумасбродом. Он по всему своему жизненному пути оставлял за собой разбитые женские сердца.  И его все равно очень любили женщины.
“Я не знал материнского тепла и вырос в очень холодным краю – краю белых медведей. Наверно поэтому мне всю жизнь не хватало тепла любимой и любящей женщины”,- как то сказал он, глядя вслед очередной, уходящей от него заплаканной женщине.
Вы уже догадались, о ком идет речь?
Александр Пенн – поэт, актер, кинорежиссер, боксер, тренер, коммунист, сионист, светский лев, пьяница… список этот может быть бесконечен. Его называли израильским Маяковским, но сам Маяковский гордился дружбой с ним. Есенин завидовал ему – “как же ты любим женщинами”!
Итак, я приглашаю вас на необычную экскурсию – и по тематике и по стилю. “Белый медведь” – так иногда называли друзья Александра Пенна.  Ему и посвящается новая экскурсия, на которой я расскажу о потрясающей любви Александра Пенна и Ханы Ровиной, о истории израильского театра. Я покажу вам те самые места, где проходили встречи влюбленных, где они жили и еще много интересного о жизни первых представителей израильской богемы.
Экскурсия состоится в субботу, 15-го февраля, в 10 часов утра.
Место встречи – на перекрестке улиц Дизенгоф и Жаботински (у аптеки).
Продолжительность экскурсии – 2,5 – 3 часа. Стоимость экскурсии – 50 шек для взрослых, дети бесплатно.
пенн

Запись и вопросы — как всегда тут и по телефону 054-7773100

Леиздангеф — прогулка по улице Дизенгоф

Леиздангеф — прогулка по улице Дизенгоф.

В субботу, 18-го января в 10 часов утра состоится прогулка по самой нарядной улице Тель-Авива — улице Дизенгоф. Улица имени первого мэра, улица, ради которой был придумал новый глагол в иврите. Улица, на которой не бывает скучно….

Место встречи — у фонтана на площади Дизенгоф, продолжительность — 2.5 — 3 часа.

Запись тут или по телефону 054-7773100